13 ноября 2012 19:52

Хозяин белого безмолвия (газета "Магаданская правда")

Давно горела желанием познакомиться с этим человеком, как, впрочем, и с его героическими коллегами, стоящими на страже заповедной Колымы. И вот он передо мной – истинный герой ранних рассказов Джека Лондона, мужественный, сильный духом человек, совесть которого не замерзает даже при лютых северных морозах. Поистине идеал сильного свободного человека, бесстрашно вступающего в борьбу не только с суровой природой, но и с несправедливостью. Если бы Александра Макаровича СЛЕПЦОВА увидел мой любимый художник Рокуэлл Кент, воспевавший Север и находивший величие в коренастых фигурах и в цельности характеров отважных аборигенов, он непременно написал бы портрет этого уникального в своем роде пионера-первопроходца.

Признаться, изначально главной целью моей встречи с Александром Макаровичем Слепцовым было стремление показать человека, живущего в экстремальных условиях, зачастую попадающего в смертельно опасные ситуации и с честью выходящего из них. Но мой собеседник непроизвольно, в силу своей природной скромности, уходил от рассказов о себе и вел разговор о дорогом ему сердцу заповеднике «Магаданский», где он трудится с самого основания на одном из самых отдаленных его кордонов – Сеймчанском. А еще Макарыч говорил об основанной им родовой общине «Балыгычан», о стремлении изменить жизнь своих сородичей в лучшую сторону…

Что и говорить, жители Севера рано познают тщету слов и неоценимое благо действий, особенно при температуре шестьдесят градусов ниже нуля. Таков и мой немногословный герой, о котором была наслышана от его соплеменников-среднеканцев и сотрудников государственного заповедника еще задолго до нашей встречи.

Не сказала бы, что мои попытки увести нашу беседу на тропу экстрима увенчались успехом – скорее, Александр Макарович увел и погрузил меня в проблемы своих земляков, и я обещала ему, что обязательно донесу его мысли и чаяния до наших читателей. И все же только одного сюжета из его заповедной жизни, на мой взгляд, вполне достаточно, чтобы увидеть, что нет предела силе человека даже в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях.

… Человек встал на лыжи и пошел по обыденному зимнему маршруту для учета своих владений. Это только из иллюминатора самолета бескрайние северные территории кажутся белым безмолвием, на самом деле там, внизу, в тайге, жизнь идет своим чередом. И задача государственного инспектора заповедника – вести фенологическое наблюдение за поведением растений и животных в зависимости от времени года и погодных условий и, конечно же, охранять эту первозданную жизнь. От кого? От него, родимого, – от человека…

Короткий день уже начал было угасать в ранних зимних сумерках. Мужчина решил подняться на сопку, что в верховьях реки Олупчи, оглядеться вокруг и направиться в обратный путь. Но что такое – весь склон в волчьих следах. «Давненько такого не бывало. Надо же, как разгулялись серые, никому нынче дела до них нет», – только и успел подумать путник.

Где-то неподалеку внизу, под сопкой, раздался вой. Вначале похожий на спазматический стон, он перешел в душераздирающий вопль с хрипотцой и вот уже исподволь набрал силу и застыл на самой высокой ноте. «Наверное, собака за мной с кордона увязалась да отстала, вот и завыла, чтобы я услышал», – подумал инспектор. Вернее, он хотел до последнего надеяться именно на это.
Но когда где-то вдали начали, как эхо, вторить другие завывания, а потом, как по цепочке, еще и еще, человека словно огнем обожгло: «Волки!».
Пронзительный вой проникал как будто глубоко в кожу, наполняя тело животным страхом. Звери выли самозабвенно, с дикой радостью, сладко и искренне, как, наверное, выли и их предки миллион лет назад. Ощущение того, что ты находишься один в диком лесу, вдалеке от жилья, еще больше усиливало впечатление. Человек нисколько не сомневался, что ближайшая группа волков если не видит его, то, по крайней мере, уже ощутила его присутствие. Он почувствовал это нутром.

Волк – стайный хищник. Одинокий волк, конечно, тоже опасен, но стая опасней в десятки раз. Положение каждого волка в стае четко регламентировано. Волк - сильный и смелый, осторожный и хитрый, жестокий и вероломный – сколько еще можно подобрать эпитетов, характеризующих волчью натуру. Без сомнения, этот таинственный, умный и хорошо знающий цену своей силе зверь еще во многом людьми не понят.

В литературе описано немало случаев нападения волков на людей. И в данном случае зверем движет чувство «выбора» жертвы, идет оценка показателей возможной угрозы собственной жизни. Жертвами нападения волков, как правило, становятся слабые люди, женщины и дети. При встрече с человеком волк всегда трезво оценивает возникшую ситуацию, словно рассуждает: нужно ли нападать? Удивительная способность волка раньше заметить врага или будущую жертву и своевременно принять правильное решение: незаметно скрыться или неожиданно напасть – поразительна. И это подтверждается многочисленными примерами.

Во все времена у человечества волк был в опале. На него охотились, уничтожали всеми возможными и невозможными способами, горевали, когда серые разбойники вдруг обнаруживались в окрестных лесах. Случались годы, когда численность волков резко возрастала, и тогда такое время называли волчьим нашествием. Так было в 40-е, 60-е и 90-е годы XX века.

…Однажды знакомый егерь рассказал мне удивительную историю о том, как он на лесной дороге один на один встретился с волком-одиночкой. Мужчина не был вооружен, а расстояние между волком и человеком было всего-навсего шагов тридцать-сорок. Надо полагать, волк хорошо понимал, что человек не вооружен и поэтому не так опасен. Егерь отлично видел пронизывающий волчий взгляд, от которого, по его словам, он разом похолодел, и сердце стало биться через раз. Несомненно, волк оценивал человеческую слабость, и что могло бы быть, если бы человек, к примеру, побежал, сказать трудно. Со слов егеря, противостояние длилось более пяти минут и когда закончилось, его ноги сделались немощными, и он не мог ступить ни шагу – настолько был силен страх безоружного человека перед этим лютым хищником…

У Александра Макаровича, к счастью, с собой был карабин. «Это молодые годовалые волки», – успел подумать он. Стремительно темнело. Вой между тем набирал еще большую силу где-то уже чуть ли не в двух шагах от него. Во многих переделках приходилось бывать, но чтобы вот так… Волосы дыбом встали от такой жути, аж шапка на голове зашевелилась. Ну, все, съедят! Вся жизнь в одно мгновение прокрутилась в голове, словно в убыстренном кино.

Слепцов начал палить в темноту из карабина. А затем, приготовив нож, с криком бросился от водораздела вниз, в непроходимую, казалось бы, чащу. По следам понял, что волки сидели по парам, так и откликались по цепочке друг другу. Выскочил в чистую тундру. Спасен!
А волки выли уже на сопке на фоне набравшей полную силу луны…

Придя на кордон, Макарыч рассказал историю о не на шутку расшалившихся волках своему напарнику Анатолию Васильевичу. «Да не может быть!» – не поверил тот. Пошли поутру, вооружившись до зубов, на то место, чтобы удостовериться. Следов и вправду было очень много, и волки действительно сидели здесь ночью по парам …

– Когда все коренные малочисленные народы Севера занимались в советские времена традиционными видами промысла, волков постоянно отстреливали, – сказал Александр Макарович. – Известный на Колыме фронтовик Василий Михайлович Балдаев жил тогда в Сеймчане со мной в одном доме. Так он говорил мне, что на войне убил 56 фашистов, а в мирное время 48 волков. «Обязательно сравняю счет», – пообещал тогда Василий Михайлович. Когда мы вместе с ним на охоту ходили, он еще четырех волков отстрелял. Так что, думаю, успел Василий Михайлович сравнять счет.
Рассказывая о встречах с волком, мой собеседник постарался объективно, на реальных фактах нарисовать портрет этого серьезного хищника. Оказывается, волчий вой всегда имеет определенный смысл. Он может означать угрозу, тоску, отчаяние, печаль, сигнализировать о захваченной добыче, предупреждать об опасности. Волчий вой может быть одиночным или групповым. Подавая голос, одинокий волк информирует о местонахождении, предупреждает об опасности или о том, что данная территория занята. Групповой вой волчьей стаи свидетельствует о том, что данный участок занят и непрошеных гостей здесь не ждут.

Волки могут передавать своим воем информацию на большие расстояния, чуть ли не до восьми километров. Коллективное голосовое творчество стаи является признаком общинной жизни. Пристрастие волков к нему имеет эмоциональную основу и обостряет чувство принадлежности к стае. Также это средство общения с другими стаями и отбившимися собратьями. Передающий откидывает голову назад и воет вибрирующим воем: вначале низким, но заканчивающимся на самой высокой ноте, еще воспринимаемой человеческим слухом.

А я, признаться, думала, что волки воют исключительно от одиночества и понимания того, что никому на целом свете они не нужны, от того, что все, что их согревает длинными зимними ночами, – холодный призрачный свет луны. И что никогда они не смогут расправить крылья и взлететь к этому единственному источнику душевного спокойствия... Лично я с детства, после того как услышала в московском зоопарке рассказ о том, какие волки удивительные животные, а еще самые замечательные родители в мире, относилась к этим зверям с большой симпатией. Видимо, нужно остаться с ними один на один, чтобы мое мнение изменилось…

Александр Макарович Слепцов – большой знаток не только волчьей породы. Что касается лосей, так тут он и вовсе дока. Его успешно защищенная в Иркутском сельскохозяйственном институте дипломная работа так и называлась - «Биология и хозяйственное использование лосей в Среднеканском районе». Кстати, на охотоведческом факультете ИСХИ Александр Макарович начал учиться очно в 32 года. До этого успел на механизатора сельского хозяйства в Магаданском политехникуме выучиться и поработать в полной мере по этой специальности. А потом узнал про редкий охотоведческий факультет и загорелся желанием его не «заушно», а очно закончить, чтобы в полном объеме овладеть знаниями. И конкурс десять человек на одно место достойно выдержал.

Сам он родом из Балыгычана. Там похоронены его родители, деды и прадеды. И корнями своими он, эвенк по отцу и эвен по матери, очень дорожит.
– Я восторгаюсь спортсменкой-лыжницей с мировым именем Светланой Слепцовой из Ханты-Мансийска. Может, у нас и с ней корни общие, – говорит Макарыч.
А вот в свидетельстве о рождении у него, так же, как и у многих его земляков-среднеканцев, записано, что он якут. Потому-то и не причисляют их к малочисленным народам Севера, а это несправедливо.

У Александра Макаровича большая и дружная семья. Сын Юрий специализируется в Институте биологических проблем Севера на глухарях. Его и трехлетнего внука Илью и приезжал проведать в колымскую столицу отец и дед. Дочь Наталья – заместитель по кадрам Сеймчанского ОВД. А супруга Христина Семеновна трудится в среднеканской районной больнице медсестрой.

В государственном заповеднике «Магаданский» Александр Макарович Слепцов работает с его основания – с 1982 года. Он – сама история «Магаданского»... Ветеран заповедника хорошо знал известного геолога, географа, геоморфолога и натуралиста Алексея Петровича Васьковского. Этим человеком и была разработана и обоснована схема первоочередного создания заповедников и природных парков на территории Магаданской области, сопредельных районов Якутской АССР и Чукотского автономного округа. Но об этом тоже отдельная история.

…Когда Александр Макарович пришел накануне в один из самых завьюженных дней в редакцию «Магаданской правды», то прямо с порога нам посочувствовал:
– Вот вы говорите – экстрим, экстрим, а сами находитесь в более экстремальной ситуации, чем мы на отдаленном сеймчанском кордоне. Проще на лыжах по тайге пройти, чем по Магадану пробраться.

Что ж, все мы где-то по-своему экстремалы…


Ирина НЕФЕДОВА
,
газета Магаданская правда
Фото Светланы ЯРЫШЕВОЙ

Rg 02 04 Rg