Алексей Ворон: «Съемка дикой природы — была и есть со мной всю мою жизнь»
Заповедник «Магаданский» продолжает цикл интервью с фотографами — друзьями заповедника.
Сегодня на наши вопросы отвечает фотограф и путешественник Алексей Ворон.
— Расскажите, как началось ваше увлечение фотографией? Как и когда хобби превратилось в основную деятельность?
-Увлечение фотографией началось расплывчато. Моя мама — дипломированный фотограф широкого профиля 4 категории и ретушёр. Фотография присутствовала в моей жизни с детства. Я любил печатать фотографии с мамой. Также с ранних лет проявлялась и тяга не столько к путешествиям, сколько к познанию окружающего мира, а путешествие — это один из способ такого познания.
С ранних лет я уже проявлял склонность уходить от дома на приличные расстояния, что только добавляло седых волос моей матери. В 1997 году у нас появилась «фотомыльница» кодак и я стал брать её с собой на прогулки, где я щёлкал понравившиеся мне виды. Часто из-за плёнки у нас с мамой возникали ссоры, мол, опять всю плёнку на свои пейзажи потратишь. В какой-то момент я плюнул на это и перестал таскать «мыльницу», которая в итоге быстро покрылась пылью, забытая всеми в шкафу.
Более плотно за фотографию я взялся уже после армии. К тому моменту увлечение подходами у меня уже было полностью сформировано, и в мае 2003 года перед походом с бывшим одноклассником на Капшу я за 35 рублей купил просроченную цветную фотоплёнку, зарядил её в мамин Зенит-Е.
Камера вроде как работала, хотя мама говорила, что этот фотоаппарат сломан. На ту плёнку у меня вполне неплохо получилось два кадра. С тех пор старенький Зенит стал моим постоянным спутником в моих походах.
Летом того же года мною было принято решение стать профессиональным фотографом. О принятом решении я рассказал дома, и с тех пор моя спокойная жизнь закончилась. Мать не приняла моего решения и считала, что лучше меня знает, кем мне надо стать. Это вылилось в ежедневные стычки со всей семьёй за выбор профессии.
Ожесточённое противостояние длилось полтора года и давление родственников ослабло только после моего сообщения о покупке цифровой зеркальной камеры за 55000 рублей. Конечно, пилить меня не перестали, но уже не так системно и активно.
Всё это время, параллельно с фотографией я активно осваивал фотошоп, являющийся по своей сути математическим аналогом той самой тёмной комнаты, где мы печатали фотографии с плёнок.
Моего решения изменить не смогли и смирились с этим только десятилетие спустя. Доказывать что-либо было бесполезно. За это время мои работы неоднократно публиковались в местной газете и начали появляться в фотоальбомах о Магадане и Магаданской области. На данный момент в свет вышло около десятка изданий с моими работами, есть и собственный авторский фотоальбом. Фотография со мной уже чуть больше половины жизни. В следующем году будет 23 года.
За эти годы я перепробовал различные жанры, стал профессиональным интерьерным фотографом для различных бизнесов, а также в простой и элитной недвижимости. Но самая главная и любимая тема — это всё-таки съёмка пейзажа и дикой природы. В воздухе, на земле, под водой — неважно. Это то, что было и есть со мной всю мою жизнь. И на сегодняшний день я работаю над тем, чтобы полностью выйти из коммерческой съёмки и оставить только главный объект моего пристального внимания — красоту настоящего мира.
— Когда вы впервые попали в заповедник «Магаданский»? Расскажите, как это произошло.
-В заповедник меня впервые занесло в 2010 году в составе группы из трёх человек. Это было путешествие в центральную часть Ольского участка заповедника «Магаданский» на полуостров Кони. Это настоящий медвежий угол Магаданской области, и нам пришлось подписать отказ от претензий к заповеднику, если нас сожрёт медведь.
На кордоне «Мыс Плоский» сотрудники выдали нам двух обученных работе с медведями собак. Они были нашей основной защитой на протяжении всего двухнедельного маршрута. Надо заметить, что работали они действительно круто, но и съёмку диких животных обрывали на корню. Нам толком не удалось снять черношапочных сурков, найденных в верховьях реки Хиндя. Пожалуй, это один из самых грандиозных обломов, подаренных нам хвостатыми специалистами по связям с медведями.
Также бывал на территории Кава-Челомджинского участка заповедника, и даже дальше, примерно в 15 км от границы с Хабаровским краем, мне довелось побывать в компании, по моему мнению, выдающегося учёного-орнитолога и изобретателя Арсения Васильевича Кречмара.
Это был удивительный, умудрённый жизненным опытом человек с невероятными смекалкой и умом! Этот человек делился со мной опытом в съёмке птиц и животных, своими наработками, советами, запчастями для конструирования фотоловушек. И он был очень рад, когда я принёс результаты своей работы. За тот небольшой период мне открылось многое, и эти знания я применяю до сих пор.
В Кава-Челомджинский участок я наведывался и со специалистом по белоплечим орланам Ириной Утехиной (заместитель директора по науке заповедника «Магаданский»). В этот раз я выступал в роли волонтёра-древолаза, помогая проводить учёт белоплечих орланов. Моей задачей было добираться до гнёзд и по возможности фиксировать количество птенцов и яиц в гнёздах. Так мы добрались вплоть до нерестилища Хурен. Я даже разок с дерева навернулся.
В том путешествии особо запомнились, разумеется, само падение с дерева охватом около 2 метров, непередаваемо-насыщенный аромат цветущей по всей Чёломдже черёмухи высотой с пятиэтажку, плывущие по поверхности воды опавшие белые лепестки, осиновая роща, медведь с выдранным клоком шерсти на шее, в брызгах бегущий через реку наперерез нашей лодке, след волка на берегу, лебеди, орланы, кувшинки на озёрах, большие перламутровые ракушки на берегах озер и речек и никем не тронутый песчаный берег Кавы, поросший цветущим диким луком.
-Есть ли места в заповеднике, которые вам хотелось бы посетить? Впервые или ещё раз?
— Я бы с удовольствием заглянул ещё. Очень интересен Ямский участок, там бы побывать.
-Ваши пожелания для будущих туристов заповедника. Какие места посоветовали бы посетить и почему.
-Я бы пожелал им отдавать себе отчёт, что, посещая заповедник, есть риск там и остаться. Это дикая, почти нетронутая хозяйственной деятельностью человека территория. Это не прогулка в парке и даже соблюдение техники безопасности не даёт полных гарантий.
Но при этом все участки заповедника по-своему уникальны и сильно отличаются друг от друга видовым разнообразием, ландшафтами и климатом. Ознакомиться с ними вживую не такая уж и частая удача. Может, со временем это станет более доступным увлекательным путешествием с оборудованными тропами и интересными наблюдательными пунктами. Было бы классно!
Если вам выпадет возможность посетить эти уголки, то будьте готовы к неожиданным встречам и сложным путям.
Фото: Алексей Ворон
Телеграмм-канал Алексея Ворона:http://t.me/magadan_nature
Матильда Зубко, методист отдела экологического просвещения
